Жестокий характер полномасштабного нападения России на Украину стал в полной мере очевиден миру после захвата Бучи и Ирпеня. Корреспондент Euronews Шона Мюррей побывала там, чтобы посмотреть, как местное население отмечает двухлетнюю годовщину своего освобождения.
Разбомблённые остатки больницы и Дома культуры в Буче постоянно напоминают о силе ударов по мирному пригороду столицы перед тем, как в него вошли российские солдаты.
Михайлина Скорик-Шкаровская тогда была заместителем мэра – ей приходилось помогать семьям хоронить и опознавать убитых:
Размах бойни мы увидели только потом, когда начали повсюду собирать и эксгумировать мёртвые тела. Уцелевшие люди не имели возможности хоронить своих близких обычным способом, на кладбищах. Их предавали земле во дворах, в скверах, в наших прекрасных парках, и это очень шокировало. Очень тяжело также было устанавливать личности убитых и общаться с их родственниками и семьями. Самым трудным было вести переговоры с матерями. Чтобы хоронить убитого, нужно опознать его лично. Кто-то должен в этом помочь маме, лишившейся ребенка. Это самый ужасный опыт в моей жизни.
Российская армия захватила Бучу и Ирпень в ходе своего наступления на Киев. Украинские войска разрушила мост через реку и защитили столицу. Михайлина Скорик-Шкаровская тогда узнала о судьбе многих погибших украинцев:
Это были прямые казни, у них были связаны руки, их убивали выстрелами сзади в затылок в упор. Мы видели на дороге как минимум 12 убитых при освобождении Бучи. Россияне не разрешили нам хоронить мертвых, чтобы наводить страх на тех, кто остался в живых. Никогда раньше мы такого не видели на территории Украины, даже во время боев за Донбасс и в крымский период войны. Поэтому Буча повергла нас в такой шок. Буча стала живым музеем военных преступлений.
Психологические трамы от увиденных преступлений – изнасилований, казней, убийства около 509 человек – навсегда будет преследовать этих украинцев. Но некоторые из них возвращаются в родные места восстанавливать свою жизнь. Они умоляют мир не бросать их. Но уже набирает обороты международное расследование предполагаемых военных преступлений. Тем временем война идёт уже третий долгий год.
